Год на МКС

 
Весной 2015 года впервые в истории МКС стартовал совместный российско‑американский проект «Год на орбите».
 
 
Статья журнала ВКС, №1 (86) июль 2016
 
За 340 орбитальных суток члены экипажа провели десятки сложных экспериментов. После возвращения на Землю Герой России Михаил Корниенко рассказал нашему корреспонденту о результатах проекта и фантастической перспективе полётов к другим планетам, которая, благодаря нынешней работе космонавтов, уже в скором времени может стать реальностью.
 
– На Земле мы часто не замечаем, как идёт время: год пролетел – и ничего особенного за эти 365 дней не произошло… Михаил, а что можно сказать про год в космосе?
 
– Время на  орбите идёт совсем не так, как на Земле, – тянется, как резина. Для меня этот год – один к трём. Восприятие времени другое. Ты ни на что не отвлекаешься, тебе не надо ехать на работу, затем возвращаться домой. Проснулся – и уже на работе. И так день за днём. Вообще-то в  космосе работоспособность выше, мы запросто работаем по 12–14 часов, да и сон у нас короче. Не хочется засыпать…
 
За этот год я провёл свыше 60 экспериментов – и отдельных для российской науки, и совместных с американскими специалистами. Мы внесли свой вклад в  перспективу будущих полётов к дальним планетам. Собрали большую базу для исследований, которая будет анализироваться ещё долгое время. Акцент был сделан на медико-биологических экспериментах. Я  регулярно исследовал свой организм, сам у себя брал кровь, а данные отправлял учёным на Землю.
 
– Как Вам объявили, что именно Вы летите на год? Были ли другие кандидаты?
 
– Были определённые требования для кандидатуры на годовой полёт. Например, это обязательно должен был быть уже летавший, опытный космонавт. Главное, что я сам очень хотел отправиться в годовую экспедицию, самому было интересно. И так как по здоровью претензий не было, желание это исполнилось.
 
 
– Расскажите о самых интересных экспериментах.
 
– Например, я сканировал сетчатку глаза и делал томографию глазного яблока в невесомости. Для эксперимента «Здоровье глаз» на орбиту доставили специальное высокоточное оборудование. На основании сделанных исследований учёные должны выяснить, почему во время экспедиций у космонавтов ухудшается зрение.
 
В рамках эксперимента «Перемещение жидких сред» проводилась ультразвуковая диагностика: исследовалось перемещение жидкости в организме. В  условиях невесомости кровь распределяется неравномерно, от этого меняется внутричерепное давление, нагрузка на  кровоток и кровеносные сосуды, функции зрительного нерва в коре головного мозга.
 
Ради будущего полёта на Марс мы вместе с другим членом экипажа, американским астронавтом Скоттом Келли, в режиме круглосуточного мониторинга собирали статистику своих биоритмов. У каждого из нас были специальные часы – прибор, который регистрирует биоритмы, свет-тень, суточные колебания. Эти часы мы постоянно носили не только на орбите, но и до и после полёта.
 
– Не скучали на  станции? Признайтесь, на какой день захотелось домой?
 
– Скука от безделья, а на орбите это исключено. Но тоска по Земле начинается сразу: думаешь о зелёной траве и деревьях. Очень хотелось поплавать в бассейне; пожарить с друзьями шашлыки; отметить с шампанским Новый год…
 
– Полетели бы ещё на год?
 
– Да, причём в том же составе. Никакой усталости нет. Ни от работы, ни от экипажа. Скотт Келли отличный компаньон, в том числе для рутинной работы. За всё время у нас ни разу не возникло желания отдохнуть друг от друга, даже поужинать отдельно. Психологически мы хорошо совместимы. Я бы охотно полетел с ним на Марс. Очень хочется, чтобы однажды это стало возможным. Для этого и работаем. Главная наша цель – показать, что межпланетные экспедиции землян – дело недалёкого будущего.
 
– Чего не хватало на орбите? Может быть, книг?..
 
– Книги на орбите есть, причём немало. Есть музыка. Есть возможность звонить домой хоть каждый день. Больше всего не хватает смены сезонов – не было ни лета, ни зимы. Тяжело жить в условиях, когда перед тобой одна и та же картина. Каждое утро открываешь глаза и видишь те же лампочки, то же оборудование… 
 
Слева направо: астронавт Скотт Келли, космонавты Геннадий Падалка и Михаил Корниенко. Прибытие на Байконур
Слева направо: астронавт Скотт Келли, космонавты Геннадий Падалка и Михаил Корниенко. Прибытие на Байконур
 

– Насколько необходимы, на Ваш взгляд, годовые экспедиции?

– Годовой полёт очень конструктивен. Но к нему требуется особая подготовка всей научной базы. Думаю, что надо чередовать экспедиции годовые и полугодовые. Скотта ожидали интенсивная подготовка в Хьюстоне и Звёздном городке, совместные тренировки с разными экипажами, курсы выживания на воде и в лесу и наконец – самая продолжительная в истории МКС космическая командировка.
 
– Спортом на орбите занимались больше, чем на Земле?
 
– Для нас были разработаны специальные программы ежедневных тренировок. Я много занимался силовыми упражнениями, бегал на дорожке, крутил педали. На станции есть всё, чтобы поддерживать себя в хорошей форме. И после года в невесомости я чувствую себя превосходно. В своё время отмечал на орбите своё 50-летие, а на этот раз встретил там 55-летний юбилей. После возвращения на Землю прихожу в себя очень быстро. Замечаю, что реабилитация проходит легче, чем после первого полёта. Парадокс: летал в два раза больше, но и восстанавливаюсь в два раза быстрее.
 
Российский космонавт Михаил Корниенко включен в список 50 величайших лидеров мира, составленный американским журналом Fortune. В рейтинге за 2016 год, опубликованном 24 марта на сайте Fortune, Корниенко делит 22‑ю позицию с американским астронавтом Скоттом Келли
Российский космонавт Михаил Корниенко включён в список 50 величайших лидеров мира, составленный американским журналом Fortune. В рейтинге за 2016 год, опубликованном 24 марта на сайте Fortune, Корниенко делит 22‑ю позицию с американским астронавтом Скоттом Келли
 
Жить в космосе – значит постоянно находиться внутри замкнутого помещения. Ты не можешь выйти наружу, побывать на природе, причём вместе с теми людьми, которых любишь, или заняться тем, что на Земле воспринимается как должное, – всё это, конечно, создаёт определённые психологические трудности. К этому надо быть готовым.
 
– Тяжело наблюдать, как люди возвращаются домой, в то время как тебе Земля ещё долго не светит?
 
– Встречать – всегда хорошо, гости – это прекрасно, провожать, конечно, грустнее. Но всё зависит от настроя, а я был настроен на длительный полёт.
 
– По возвращении на Землю эксперимент не закончился? Вас продолжают изучать?
 
– Да, я объект для экспериментов и считаю это нормальным. Мы для этого и летаем: в первую очередь служим науке.
 
20 лет назад ребята проводили на «Мире» год и более. Поляков был на орбите более 400 суток. Но методы диагностики, которые использовали в то время, ныне, увы, устарели. Наука шагнула далеко вперёд: на «Мире» не было оборудования, которое есть на  МКС. Сейчас учёные получают с орбиты такие данные, о которых и речи быть не могло 20 лет назад.
 
Не менее важен и так называемый наземный этап экспериментов. Учёным нужно понимать, что происходит с человеком сразу после полёта, как меняется его организм, как перестраивается, вновь приспосабливаясь к условиями гравитации.
 
Совершенствуются условия, созданные для человека на  космической станции, научные эксперименты становятся всё сложнее. Не меняется главная цель – приблизить человечество к освоению Солнечной системы. Наша работа сейчас – это долгосрочные вложения в перспективу, когда состоится наш совместный с Соединёнными Штатами полёт на Марс для колонизации этой планеты. У нас будет свой участок! Ещё Циолковский говорил о том, что мы не можем вечно жить в колыбели… Экспансия! Понимаете?
 
***
Второй участник проекта «Год на орбите» астронавт НАСА Скотт Келли участвовал в двух российских экспериментах: «Пилот‑2» и «Взаимодействие».
 
«Пилот‑2» – исследование работоспособности человека в полёте: космонавты переходят из модуля в модуль, делают перестыковки с МКС, оператор наблюдает, как экипаж справляется с управлением станцией.
 
Эксперимент «Взаимодействие» психологический, направлен на изучение взаимоотношений с партнёрами по команде в стрессовой обстановке.
 
Благодаря американскому астронавту проведено интереснейшее исследование: учёные наблюдали процессы в организме Скотта, параллельно сравнивая их с процессами, происходящими в организме его брата‑близнеца Марка, оставшегося на Земле. Информацией об изменении генных структур в условиях невесомости американские специалисты планируют поделиться с учёными всего мира.
 
А ещё Скотт Келли тестировал космическую безрадиационную еду в пакетах. Она создана для нейтрализации пагубного воздействия космической радиации и служит щитом против радионуклеидов.
 
За год Михаил и Скотт встретили и проводили несколько экипажей. В сентябре на борту МКС одновременно находилось девять человек из пяти стран. Экспедиция на МКС стартовала с Байконура в марте 2015 года, космонавт Геннадий Падалка вернулся на Землю осенью, а Скотт Келли и Михаил Корниенко остались на орбите ещё на шесть месяцев

 

Фотографии предоставлены Михаилом Корниенко, Центром подготовки космонавтов имени Ю. А. Гагарина и Космическим центром «Южный»

ранее опубликовано

все статьи и новости